ТВТ, 1 часть

Ребята неохотно отошли. А Клава чуть не заплакала. Лене стало неловко, и он ласково проговорил:
- Ничего, ничего. Ты возьми ее в левую руку, поставь концом на заклепку и пристукни молотком.
Теперь уже и сама Клава сообразила, что только так и нужно делать. Она стукнула несколько раз по железу - и заклепка выскочила.
- Вот и все, - сказал Леня. - А теперь возьми откуси этот гвоздь вот тут, около головки.
- Откусить? - удивилась Клава.
- Ну, это мы так говорим, - засмеялся Леня. - Возьми эти кусачки и вот так сожми в этом месте гвоздь.
Клава вставила гвоздь, сжала обеими руками кусачки и сама не заметила, как гвоздь был перекушен.
- Совсем легко! - радостно воскликнула она.
- Легко и просто, - подтвердил Леня. - А теперь делаем последнюю операцию. Приложи ручку к сковородке и просунь этот кусочек гвоздя через обе дырки. Положи на тиски головкой вниз. Я тебе помогу подержать. Теперь бери молоток и бей по гвоздю, чтобы его расплющить.
Осторожно, неумело начала Клава бить по гвоздю.
- Смелей, сильней! - покрикивал Леня. - Надо расплющить его совсем.
А когда она попробовала стукнуть сильней, то не попала по гвоздю.
- Ничего! - утешал Леня. - Лупи сколько влезет.
Клава начала "лупить, сколько влезет", причем больше половины ударов попадало мимо. Но все-таки конец гвоздя постепенно расплющивался и наконец превратился в такую же самую головку, как и с другой стороны, только кривую.
- Хорошо будет, - сказал Леня.
Клава осмотрела свою работу, подергала ручку - держится крепко, хоть еще есть дырка для второй заклепки. Клава почувствовала огромное удовлетворение, какое всегда бывает у человека, сделавшего своими руками какое-нибудь полезное дело. За вторую заклепку она взялась уже самостоятельно, уверенно и сделала ее немножко лучше и быстрее, чем первую. Подошел инструктор, взял в руки сковородку, осмотрел ее и спросил:
- Сама сделала?
- Сама! - ответили Леня и Клава вместе.
- Очень хорошо. И всегда старайся, что можно, делать сама. Возьми еще вот этот напильник и попробуй загладить им заклепку.
И старый мастер отошел, тоже довольный, как человек, который сделал полезное дело. Он больше всего любил труд и хотел, чтобы все любили его. Он жалел тех людей, которые не могут или не хотят сами себе помочь в каком-нибудь маленьком деле. Хоть учил он своих учеников слесарному делу, но требовал, чтобы они сами себе и ботинки починили и пуговицу пришили. Поэтому он заставил и эту незнакомую девочку помочь самой себе.
Клава вернулась домой с таким сияющим лицом, словно к ней пришло невесть какое счастье.
Мать взглянула на нее с удивлением:
- Что у тебя такое?