В стране райской птицы

Утром собрались все вчетвером и долго обсуждали ночное происшествие.
– По правде говоря,– сказал Брук,– мне уже страшновато стало, когда они со всех сторон полезли, как мухи. Поди повертись с пулеметом. Если бы не колючая проволока, плохо было бы дело.
– Зато теперь мы можем надеяться, что они больше не полезут,– сказал Гуд.– Убедились, что не подступиться.
И верно, вторая и третья ночь прошли спокойно. Нигде не видно было никаких признаков присутствия человека. Они уже выходили даже на охоту и совсем успокоились – только считали дни, оставшиеся до возвращения товарищей.
Пришла четвертая ночь. Гуд чувствовал себя очень скверно. Сильный приступ лихорадки совсем уложил его. Сипай ухаживал на ним.
Вдруг что-то толкнуло катер с такой силой, что все задрожало, а сипай даже рухнул на пол. Вскочив на ноги, он выбежал на палубу и выстрелил, чтобы дать знать Бруку.
Тот тревожно крикнул: «Что там такое?» – и осветил катер.
Но ничего особенного не увидел: просто какое-то бревно плыло по течению и с разгона налетело на катер. Бревно оттолкнули, оно поплыло дальше – и все успокоилось.
Через полчаса – снова толчок, посильнее.
– Что за дьявол! – закричал внизу сипай.– Еще два бревна.
Оттолкнули и эти, но бревна появлялись снова и снова. Течение с такой силой швыряло бревна на катер, что он едва держался. Где-то уже треснула обшивка, под ногами забулькала вода. А бревна все неслись и неслись...
С холма прибежал на помощь второй сипай. Но и вдвоем они не справлялись. Бревна лезли друг на друга, сгрудились перед катером в целый затор, все сильнее и сильнее напирая на него. Сипаи выбивались из сил, пытаясь растолкать этот затор по бревну, а Гуд не мог им помочь. Тогда бросился на помощь Брук, но на полдороге остановился и закричал:
– Это ведь они, проклятые!... Их работа... Это они нарочно! – И побежал назад, к пулемету.
Стал светить в темноту, вглядываться,– никого не видно.
– Если ничего не выходит – заводите катер, там освободитесь! – крикнул он вниз.
Но Гуд лежал чуть живой и не мог пустить машину. Сипаи взяли его под руки, подвели к машине... И тогда раздался этот грохот. Под напором воды вся масса бревен сдвинулась с места и потянула за собой катер. Как бешеные понеслись бревна, сталкиваясь и налетая друг на друга, и среди них – беспомощный катер. Он поворачивался к течению то кормой, то бортом, пока не налетел на камень...
Брук услышал треск и увидел, как катер лег набок; еще минута-другая – и он исчез за поворотом.
Три человека, оставшиеся на катере, ни о чем больше не могли думать, кроме как о том, чтобы спастись, чтобы самим не погибнуть в этом пекле.
Когда катер лег набок и через борт хлынула вода, сипаи с большим трудом выволокли Гуда и вместе с ним перебрались на корму.
А когда вдруг перед ними оказались папуасы, сипаи не могли оказать им никакого сопротивления. Папуасы растащили бревна, подтянули катер к берегу и преспокойно сняли с него пленников.
А Брук ничего этого не слышал и не видел. Он остался один на холме со своим пулеметом. Ночь была тихая и прекрасная, как и прежде. Брук и вглядывался и вслушивался в темноту, но ничего особенного не замечал. Все было спокойно.