Сын воды

Нельзя сказать, чтобы ей так уж приятно было пить воду из грязных рук дикаря, из какой-то раковины, из какой-то лужи, но ничего не поделаешь - надо было привыкать.
Манг догадался, что Белая птичка пищи его не любит. Тогда он захотел угостить ее рыбой. Но это было потруднее, чем принести воды. Ковш, который придумал смекалистый Манг, остался в лодке, значит, нужно было найти такое место, где можно была бы загнать рыбу в угол, чтобы потом ловить руками. А это не всегда удается. Так или иначе, он снова побежал к берегу.
Нашел более-менее удобное место, но все же не настолько узкое, чтобы можно было надеяться поймать рыбу руками. Тогда он снял свой... свои... как бы это сказать? - ну, штаны, которые лучше было бы назвать поясом, или пояс, который затенял ему штаны. С этим приспособлением ему удалось поймать несколько маленьких рыбешек. О, если бы знала Белая птичка, каким способом Манг ловит ей рыбу!
Это угощение девушка приняла более благосклонно и даже сама стала печь в золе. Только кривилась, что рыба была нечищенная, в золе, без соли и без хлеба.
А Манг сидел перед нею на корточках в своем капитанском мундире и радовался, что она ест.
- О, рыба хорошо, вкусно! - подзадоривал он.
Как ни грустно было несчастной девушке, но каждый раз при взгляде на эту фигуру она не могла сдержать улыбки, а теперь так и вовсе рассмеялась. А довольный Манг захохотал в сто раз громче.
После завтрака Манг взялся за свою работу. Он показал девушке жерди и стал объяснять, что делает лодку - кану, на которой они вместе поплывут. Он подошел к воде, показал, как двигается по воде лодка, и махнул рукой в сторону моря, говоря на своем языке: "далеко-далеко!"
Речь получилась очень выразительная и понятная, только девушка никак не могла представить себе, что за лодка выйдет из таких жердочек. Оставалось ожидать, что будет дальше.
Работа теперь пошла веселее: у Манга был хороший кинжал, который мог служить и топором, и ножом, и рубанком, и шилом. Можно было использовать и доску от разбитой лодки. Манг снова увлекся и забыл про голод.
Но девушка была голодна. Несколько рыбешек и дождевая вода не могли ей заменить какао, булок, масла и других вкусных вещей, к которым она привыкла. Наконец она не выдержала, подошла к Мангу я, дотронувшись пальцами до своего рта, показала, что хочет есть.
Манг сразу бросил работу и пошел промышлять чего-нибудь на обед. На этот раз ему посчастливилось: было время отлива. Вода отступила от берега и оставила на дне много разной живности. В одном месте осталась лужа, а в ней - несколько довольно крупных рыб. Девушка сама захотела принять участие в сборе урожая, но испугалась раков, хотя и считала их самым лучшим кушаньем из всего, что тут было.
На этот раз она помогала готовить обед. Для себя самой она и почистила рыбу и помыла. А Манг пикал рыбу в рот как есть, только что не живьем, выплевывая то, что несъедобно.
Девушке противно было смотреть, как ее сосед ест всякую дрянь, пачкает свой капитанский мундир. Она отворачивалась от него, старалась не видеть и ждала, когда он возьмется за работу и оставит ее одну. Временами ей приходила в голову мысль: что сказали бы ее знакомые, если бы увидели ее за "дружеским обедом" с дикарем?
Манг пошел работать, а барышня то отдыхала на мягкой котиковой шкуре, то прогуливалась по острову.
Так шли дни за днями. Манг бился над своей лодкой, а девушка с нетерпением ждала, когда он закончит ее, и томилась. Она никак не могла привыкнуть к пище, которой снабжал ее Манг, чувствовала себя неважно, похудела. От прежней бодрости не осталось и следа. Начало казаться, что она сидит на острове целые годы и, наверно, никогда уже не выберется отсюда.
Манг, наоборот, был весел и энергичен. Он старался угодить ей, как умел, обнадеживал, что скоро они двинутся в путь.